ВОТ ТАК БЫВАЕТ

Мы с мужем уже на пенсии. Можем распоряжаться временем, как хотим: гулять, читать, готовить обед, используя новые рецепты, услышанные и прочитанные, смотреть интересные передачи по телевизору, а потом обсуждать, спорить, доказывать и отстаивать свою точку зрения, работать на компьютере, общаться с друзьями, встречаться с детьми и внуками. Каждый день мы планируем и начинаем так: проходка 5 -6 километров с утра. Так жили не только мы. Впереди нас во время проходки по лесу шла взрослая пара, очень симпатичная. Одеты они всегда одинаково: куртки, брюки, футболки одного цвета. Держались крепко за руки, как будто боялись отпустить руку другого, потерять близкого и родного человека. «Голубки»,- так прозвали мы их с мужем. Они всегда шли впереди нас. Я очень хотела с ними познакомиться, и однажды решилась – подошла к ним, поговорила, а назад возвращались почти друзьями. Я с Ксенией шла впереди, а муж с Романом – сзади нас. Шли, разговаривали и незаметно преодолели расстояние. Теперь уже ходили на проходку весёлой компанией, смеялись, рассказывали интересные истории, анекдоты. Я любовалась новыми знакомыми. Они светились, сияли от счастья и любви, заряжая и передавая нам с мужем радость, хорошее настроение, бодрость и тепло. Однажды мы пригласили после проходки зайти к нам на чашку чая, позавтракать, завтрак плавно перешёл в обед и в ужин. Роман очень внимательный к жене, обратила внимание на их нежные и тёплые взгляды, это нельзя сыграть. В глазах Ксении обожание и восхищение. Бархатные глаза женщины светились, и этот свет передавался Роману, который превращал его в факел любви. Так я видела картину

маслом «Ксения + Роман».

Мне очень было интересно узнать всё об этой загадочной для нас с мужем взрослой паре, похожей на двух птиц, которые близки и в то же время очень напуганы. Такое впечатление, что они долго летели навстречу друг к другу, и вот, наконец, повстречались.

Свили уютное гнёздышко, в которое никого не хотят впускать, им очень хорошо там вдвоём.

-Как долго вы живёте вместе?

-Сколько у вас детей?

-Когда приехали в Израиль?

-Кто вы по специальности?

-Расскажите, пожалуйста, о себе.

Я задала свои вопросы на одном дыхании. Во мне вспыхнуло любопытство и бабья зависть к новым знакомым, хотелось знать их рецепт счастья и любви. Может быть, послушав их, смогу найти в отношениях с мужем что – то оригинальное и новое, чтобы всколыхнуть былые чувства, а не жить просто по привычке, так как мы вместе уже 49 лет. Понимала, что у нас с мужем исчезла музыка, тайна. Я ценила понимание между нами, но в последнее время наблюдала, что муж чувствовал превосходство своё над другими, терял прежние дружеские отношения, отрезал себя от других. Думала, что встреча с Ксенией и Романом, их жизненный опыт может внести свежую струю в нашу жизнь с мужем, музыку, под которую мы с ним будем танцевать ещё много лет.

Ксения, услышав мои вопросы, спокойно сказала:

-Вместе живём 24 года.

-Это, наверное, второй брак, - решила я сразу, они нашего возраста.

-Детей у нас четверо.

-Наверное, у него двое детей, и у неё двое,- подумала я.

-Приехали в Израиль семь лет назад.

-Сбежали от детей и от всех проблем, чтобы пожить для себя, - тихо сказала сама себе.

- По специальности мы инженеры.

- Не работали по специальности, - прошептала утвердительно мужу на ухо.

И всё, о чём я подумала, - правда. На последнюю мою просьбу – рассказать о себе - Ксения поведала неожиданную и поучительную историю их семьи. Мы слушали неспешный рассказ, увлекаясь, удивляясь и переживая с героями истории. Она проста, но вероломна. Переполненная любовью и неожиданными поворотами. Прощениями, надеждами, воспоминаниями и, как в сказках, с хорошим, счастливым концом.

-Я приехала по направлению после окончания Донецкого политехнического института в город Алчевск, маленький провинциальный промышленный город. Работала на металлургическом комбинате в конструкторском бюро одного из цехов. Часто общалась с ребятами – инженерами из цеха. Знакомых было много. Жила в общежитии. Я по натуре энергичная, весёлая, в моей голове всегда масса идей, планов, которые хотела воплотить в жизнь. Меня выбрали комсоргом цеха, в котором было наше конструкторское бюро. Время проводили весело и интересно. Через полгода познакомилась с Виктором, юношей весёлым, умным, увлекающимся. Начали встречаться. Я не любила его. Но все домашние теребили меня: пора замуж, засиделись в девках, время идёт… и начинались примеры из жизни знакомых, которые, упустив своё время, остались не у дел. На волне отчаяний и увещеваний моих родных и близких состоялось замужество с Виктором – нелюбимым, но надёжным. Именно он нужен для жизни. На свадьбу цех нам подарил ключи от однокомнатной квартиры. Этот щедрый подарок не радовал меня. Любила, как говорит сейчас молодёжь, тусовки, скучала по общежитию. И муж, кстати, больше проводил свободное время с друзьями на рыбалке или на охоте.

Мы притирались друг к другу до рождения первого сына Сергея. Сын изменил нашу жизнь, мы не хотели никакой помощи от родителей, наблюдали за своим сыночком, радовались всему, что замечали в нём нового. Семья наша расцвела, находясь в сверкающем залитом светом зале, в котором столько музыки: ритм и тон совпадали. Каждая вещь в доме открывалась для нас с мужем по – иному. Я ощущала прелесть жизни. Это были для меня самые лучшие годы.

Ксения вытерла слезинки. Я следила за Романом, он слушал Ксению так, как будто она открывала ему себя впервые. Удивление и восхищение в его глазах.

- Неужели Ксения говорит об этом впервые? Нахлынуло былое? Заболела рана любви по прошлому?

Я ничего не понимала, но её рассказ раскрывал и мои странички прошлой жизни, когда душа пела, когда муж восхищался мною и нашим первенцем, помогал по ночам, давая мне выспаться, говоря, что я всегда должна быть красивой, поэтому сон важен. И эти такие простые слова, в которых столько заботы, окрыляли на целый день. А где сейчас эти слова внимания и любви? Да, как Ксения всколыхнула былое!

-Я углубилась в прошлое, - горько вздохнула Ксения и продолжала:

--Сын подрастал, через 4 года родился второй сын. Снова заботы, тревоги, весёлые праздники для детей, катание на коньках и лыжах зимой, рыбалка с детьми летом, поездки на море. Школа, уроки детей, родительские собрания, беседы с детьми из – за их прогулов, первые сигареты мальчишек, свидания с девочками, короче, жизнь, как в каждой семье. Муж уже работал начальником цеха, а я работала в горисполкоме, заведующей отделом по культуре, с утра до вечера на работе, не заметили, как выросли дети. Жили теперь уже в большой четырёхкомнатной квартире. Муж начал выпивать, но он настолько стеснялся, приходя навеселе, что начинал активно заниматься воспитанием детей: проверял уроки, укладывал спать и, не ожидая моего возвращения, ложился отдыхать сам. Думал, что я этого не замечаю. Моя работа продолжалась и дома: телефонные звонки, работа с документами. Да и домашние дела никто не отменял: пустые кастрюли, которые надо наполнить к следующему дню. Правда, муж всегда закупал продукты, мальчики с папой убирались в квартире раз в неделю, делая это играючи. Но стирка, глажка – это моё. Я любила делать всё по ночам. Очень нравилось, когда все дома спят, а я слушаю радио и занимаюсь кухней, домашними делами. Часто думала, что Виктор совсем стал холодным ко мне, что любовь, о которой мечтали, не получилась, мы её сочинили. Жизнь в доме скучная, однообразная, превратилась в рутину, ночь накрыла наше призрачное облако любви, и мне было очень жаль, что только на людях мы – примерная пара, достойная подражания. А дома в свободные минуты и часы я смотрела только по телевизору чужую любовь, радовалась за героев и понимала: у меня не так - муж не замечает новых нарядов, цвета моих волос, причёски, не помнит семейных праздников, забыл дату бракосочетания. Он изменяет мне со мной, то есть я стала не женой, а приложением к нему. Дома я была одинокой. На работе – в центре событий, энергичная, активная, весёлая и жесткая, настойчивая, умела удивлять и удивляться, делала свою работу хорошо. В городе достраивали Дворец Культуры, который стал центром культурной жизни детей и взрослых. Уже был штат и директор дворца, они записывали детей в кружки художественной самодеятельности, объявили набор в народный театр, а на день открытия Дворца Культуры решили сделать городской праздник – серебряные свадьбы жителей города. Директор дома культуры принесла мне список людей, взятый в загсе, которые должны отмечать серебряные свадьбы. Пять пар. Читаю список и вижу, что первой в списке стоит моя фамилия и фамилия моего мужа. Боже мой, 25 лет прошло, как мы с Виктором сказали друг другу «да». Как же быстро промчалось время. Мы с мужем изменились. Отказаться от серебряной свадьбы? Что делать? Отказываться нельзя, я должна помогать, а не капризничать. Решили поставить в банкетном зале пять длинных столов. Средний стол наш с Виктором, по правую сторону два стола и по левую – два стола.

За полмесяца я сказала Виктору о нашей серебряной свадьбе в банкетном зале, обсудили, кого пригласим из друзей и родственников. Предупредила Виктора, чтобы не было сюрпризов.

Всё согласовано, оговорено со всеми юбилярами, внесены деньги, немного помог металлургический комбинат, горисполком. Праздник назначен на субботу.

Мой муж с друзьями уехал на рыбалку, охоту на реку Донец в четверг. В субботу утром я забрала у портнихи новый праздничный светлый костюм, сшитый специально для свадьбы, сделала красивый макияж и причёску. Мужу и детям приготовила новую одежду, купленную к юбилею. Муж в субботу не вернулся. В доме напряжённая тишина. Сотовых телефонов не было, ситуация не понятна. Сыновья испугано смотрят на меня, боясь взорвать тишину. Вышли за час из дома. Во Дворец Культуры шли пешком без цветов. Настроение ниже нуля. Я знала, что Виктор любит сюрпризы и явится на свадьбу в последнюю минуту в костюме охотника. Пришли в банкетный зал. Красиво, празднично и торжественно. Суета. Подходят гости, распорядители помогают занять свои места за соответствующими столами. А у меня останавливается сердце. Мысли путаются, в голове, как заноза, звучит притча о жене и мёртвом муже, который умер накануне свадьбы, но отменить свадьбу нельзя, так как невеста не должна была остаться соломенной вдовой. Мёртвого жениха посадили за стол, и свадьба молодых состоялась.

-Но что делать мне? У меня нет никакого жениха. Какой выход в моей ситуации?

В банкетном зале звучит музыка, напоминающая гостям о предстоящем городском празднике:

Возможно, мы обряды знаем слабо,

Возможно, мы их стали забывать,

Но русская серебряная свадьба,

Красивей не придумать, не сыграть.

Серебряные свадьбы – негаснущий костёр,

Серебряные свадьбы – душевный разговор.

Да, уж точно, негаснущий костёр, который сжигает меня изнутри. Всё бушевало во мне, впервые я поняла: я должна прилюдно объявить в день серебряной свадьбы о расторжении брака. Другого выхода я не видела. Но стоп, а как же притча с мёртвым мужем, притчи не рождаются на ровном месте, они появляются из жизненных правдивых ситуаций. Должен быть выход, и я его найду. Набрасываю пальто, выбегаю на улицу и смотрю на прохожих, пытаясь в них увидеть своего жениха на собственную серебряную свадьбу. Нахожу его.

Слушала рассказ Ксении, примеряла на себя и понимала: мой муж ни разу так больно не колол меня шипами. Ксения заплакала, вспоминая картину собственной серебряной свадьбы, тяжело представляя, что это было именно с ней, а не в фильме или в прочитанном женском романе.

Роман, понимая состояние своей жены, продолжил:

---Подбегает ко мне красивая, очень ухоженная женщина и просит быть её мужем. Я обалдел, да именно обалдел от этого сумасшедшего предложения. Был в командировке, задержался, хотя обещал семье, которая ожидала моего возвращения в этот день. Ксения была необыкновенной, очаровательной, просящей о помощи, даже не просящей, а умоляющей. Я посмотрел в её огромные блестящие глаза и сказал:

--Да, я помогу вам.

Она на ходу объяснила, что и как будет, какая моя роль, а потом прошептала:

- Спасибо, спаситель.

Теперь снова рассказывала Ксения:

-Не будем вспоминать, какое удивление вызвало моё появление с другим женихом. Родственники и близкие молчали от шока, стресса, стояла напряжённая тишина. Но потом все пять столов веселились, выпивали, танцевали, целовались, когда кричали «горько». Роман шептал мне на ухо после очередного поцелуя:

-Какой вкусный поцелуй, впервые понял, какой может быть сладкий поцелуй.

Закончилась свадьба. Дети пошли к моей маме, а я, отчаявшись дождаться своего мужа, пошла с Романом в гостиницу. И в день своей серебряной свадьбы с Виктором я стала женой Романа. Мы оставались в гостинице целую неделю.

Роман перехватил эстафетную палочку у Ксении, дав ей отдышаться от воспоминаний:

-Как сообщить жене, детям, даже взрослым, родителям, совсем немолодым, о своём уходе из семьи. Всегда положительный, хороший отец, муж и сын наносит удар родным. Удар, как звонкая пощёчина, станет внезапным и не объяснимым для них. Случайная женщина обратилась ко мне? Помог чужому человеку в сложной для него ситуации? А как со своими, с которыми прожито 27 лет, это не больно? Почему я забыл обо всём на свете? Ради кого? Есть долг, есть обязанность перед семьёй. Что делать? Как найти рецепт от боли, от страданий, от измены и от глупости? Я не выходил из гостиницы, курил, хотя до этого никогда не брал сигареты в рот. Я думал, думал, думал…Внутренний голос вещал: Руби один раз. Ты будешь счастлив. С Ксенией было очень хорошо: она страстная, нежная, деликатная и красивая. С женой был только супружеский долг. Только с Ксенией я узнал настоящую ночную жизнь, изменив случайно жене. Раньше об измене не помышлял. Моя бывшая жена – замечательная женщина, но холодная, кусок льда в тёплой постели. Я не смог растопить этот айсберг. Нашёл себе оправдание и придумал формулу ухода из семьи. Я скажу детям, пусть даже взрослым: С мамой хорошо засыпать, а просыпаться с ней не хочется. Когда у вас будут свои семьи, вы поймёте меня. Нет возраста у счастья, жизнь светит другими гранями, когда есть любовь.

Я, оправдывая себя, знал, что после бури и шторма наступит штиль, а с ним появится солнце, тучи рассеются. Так будет и в моём доме.

Ксения сказала, что сейчас хочет признаться в том, как она боялась: Роман не вернётся к ней, жена уговорит его остаться в семье, простив измену.

Роман, впервые услышав признание Ксении, расцвёл, улыбаясь, показав красивые зубы.

-А Виктор?- не удержалась от вопроса,

-- Виктор вернулся утром в воскресенье с рыбой и с двумя зайцами. Он думал, что свадьба вечером в воскресенье. Непродуманный, опрометчивый шаг изменил его семейную жизнь. У Виктора была своя формула ухода из семьи: рыба + зайцы =развод. Я и Роман уехали из города Алчевска. Дети мои и Романа учились в институтах, их папы помогали им.

В моё сердце стучала осень, а я шла к рассвету и к весне. Произошло, как в сказке, волшебное превращение: осенние листья не кружились в промозглом ноябре, а танцевали вальс любви, светясь золотым и красным багрянцем под аккомпанемент осеннего дождя.

Когда наши дети создали семьи, мы решили уехать в Израиль. Роман – еврей. Вот мы тут, теперь вы знаете, как бывает. Я и Роман счастливы.

-Какой рецепт?

- Рецепт простой. Менять мужа через двадцать пять лет,- вздохнула Ксения.

-И жену,- осторожно выдохнул Роман.

-А через сорок девять лет что делать?- робко спросила я.

-Продолжать жить с огоньком, не думать об обратной дороге, трудной и грустной, ценить каждый день, рассыпать звёзды в темноте, встречать вместе розовый рассвет и не ждать заката, не пускать в жизнь ливни осенние, зимние снегопады, продолжать искать тайну в отношениях…

После рассказа Ксении и Романа на душе было тепло и солнечно. Выпили по бокалу шампанского и долго сидели за столом, включив музыку, которая затрагивала сердца четырёх.

После вечера откровений мы с Ксенией и Романом подружились и встречались не только на проходках, но и на праздниках, которые устраивали себе сами. Они были разные, названия говорят сами за себя: «Зелёная зима». «Голубые деревья». «Старые друзья». «Рыжий цвет осени». «Во мне весна». «Сердцу не прикажешь». «Ностальгия»… Мы продумывали каждую деталь вечера, меню, сюрпризы друг другу, удивляли наших мужчин. А сколько воспоминаний! Вспоминали, как экономили в молодости, делая с детьми 30 конвертов, раскладывали в каждый по три рубля на день. Отдельные конверты на детский сад, школу, на квартиру. И главный конверт – это остатки, там были деньги, сэкономленные за месяц. Благодаря этому мы покупали обновки, книги, которые в нашем доме были культом. Вспоминали, как, сдав бутылки, имели первый взнос для кредита, покупая ковёр в дом. Много трудностей быта пережили, но главная черта того времени – молодость. Мы не жили обидами, они проходили быстро. На праздниках часто вспоминали о прошлом, и вечера, которые проходили в нашем маленьком сообществе, настолько украшали нашу жизнь вдалеке от Родины! У каждого своя причина приезда в Израиль, но чаще всего мы, взрослые, приехали из – за детей, благодаря детям, вопреки желаниям детей. У каждого свой путь в Израиль, но он не был без жертв, ностальгии, памяти о прошлом. Мы изменили стране, но это сладкая измена, – так говорили мы себе при встречах. Мы с мужем полюбили новую страну, она приняла нас. Иногда останавливаемся на бегу, вспоминая жёлтоглазую осень, шуршащие листья под ногами. Любуемся цветом голубых деревьев, которые увидели впервые в Израиле, зелёной зимой, высоким небом, от которого кружится голова. И понимали, как счастливы здесь, вдали от страны, где остались верные, проверенные временем друзья, которых чувствуешь на расстоянии, понимаешь с полуслова, с одного взгляда. Вспоминали отрывки прощальных слов своих друзей и эхо, которое разносило их в тишине. Мы собирались вместе. Нам было хорошо, так как не сожгли последних мостов, а наоборот, выстроили высокий узкий мост, по которому мысленно шли от дней снежных, дождливых, слякотных к дням тёплым и солнечным. Здесь всё хорошо, но иногда хотели вернуться в холод и непогоду. На своих вечерах мы читали стихи, пели песни нашей молодости, иногда танцевали, но уже под еврейскую музыку.

Каждое лето мы с мужем ездили в путешествие. В этом году на три недели уехали в Прагу, Будапешт, Дрезден. После возвращения позвонили своим друзьям, чтобы пригласить в гости поделиться впечатлениями, подарить сувениры, показать фотографии. Звонила целый день – тишина. Вечером пошли к ним, никого нет дома. Странным показалось, что закрыты плотно окна, не политы цветы у дома. Из соседней квартиры вышла женщина и спросила:

-Вы друзья Ксении и Романа?

- Да.

-Тогда вам оставлено письмо.

- Спасибо.

Она вынесла записочку. В ней несколько слов, которые сразили нас: «Роман неожиданно умер. Обширный инфаркт. Я не могу оставаться здесь. Уехала в холода от тепла и солнца. Простите. Целую и люблю. Ксения. Обязательно напишу о себе».

Нас обескуражила короткая, но ёмкая записка. Но ещё больше удивило письмо из Алчевска, которое получили чуть позже. Мне показалось, что оно написано на чувствах, которые горчат от слёз:

-Ребята, родные мои, спасибо за всё. Пару слов о себе и о Романе. Рома! Ромочка! Ромашка! Он был большой, добрый и тёплый. Его имя для меня олицетворяется с нежным цветком – ромашкой. Я благодарю его за любовь, за свои слёзы, которые сейчас лью, за память о прошлом, он открыл меня в себе. Сейчас я замёрзла внутри. Молюсь, облегчая своё состояние. На столе портрет Ромы и букет ромашек. Через год я приеду в Израиль.

После неожиданной смерти Ромы я позвонила первому мужу Виктору и сказала телеграфной строкой:

-Витя, через три дня буду в Донецке. Сними мне, пожалуйста, квартиру.

Надо отдать ему должное. Виктор встретил меня и повёз в бывший наш дачный домик, который превратился в двухэтажный дворец. Сказал: «Дом построен так, что автономно могут жить две семьи. Одна половина для детей, когда они приезжают с внуками и жёнами, а другая – там живу я с женой, у неё двое детей. Ксюша, прошло более четверти века, ты мать моих сыновей, запомни навсегда: я твой друг».

Дом тёплый, уютный, мне в нём не одиноко: со мной Рома. Да, моя жизнь оплачена сполна, в ней было всё: счастье, тревоги, сомнения, разочарования, слёзы счастья и огорчения, разлуки, встречи, измены, волшебство, тайны, сладостный миг и горестный час, сюрпризы и неожиданности, коварство и хитрость, очарование и забвение…А главное – любовь. Так бывает: жизнь как жизнь…